ДОБ

…В ночь с воскресенья на понедельник 22 марта в Измаиле, в ковидное отделение ДОБ (бывшей Дунайской бассейновой больницы) была госпитализирована женщина. К утру её не стало. Из соседней с нами палаты санитары выкатили каталку с завёрнутым в простыню телом и выбившейся из-под головы прядью ещё смоляных волос. Человеку было всего лишь 58 от роду. Говорят, анализы особой тревоги не вызывали, но сатурация  составляла 30 процентов против приемлемых не ниже 90. Что могли сделать врачи?!

Для своей публикации я счёл возможным переиначить название известного антивоенного романа Ремарка «Время жить и время умирать», изданного в 1957 году, хотя его тема по фактажу и трагичности звучания несопоставима с сегодняшним днём. С другой стороны, такие фундаментальные категории бытия как жизнь и смерть не теряют своей значимости от того, в каких условиях проявляются. Идёт ли речь об агонизировавшей гитлеровской Германии, маниакально втягивавшей в гибельную воронку идеи всеевропейского господства новые сотни тысяч своих сограждан, или нынешний невидимый, без бомбёжек и взрывов, глобальный ковид-фронт, пожинающий, пусть и в иных масштабах, свой урожай жертв, – смерть как данность не теряет присущей ей непоправимости, исключительности и экстраординарности.

В этом смысле аналогии с боевыми действиями небеспочвенны. Враг есть, – коварный, скрытый. Надо мобилизоваться и противостоять ему для начала хотя бы на личном уровне, чтобы не усложнять и не героизировать без надобности работу медиков, когда ситуация становится неуправляемой. В этом пафос предлагаемой публикации и основной посыл, обращённый к читателям. Незачем подвергать себя риску умереть, если можно жить, соблюдая элементарные меры предосторожности. Эта зараза при случае сама может настичь вас, и не стоит облегчать ей задачу брутальным нарушением масочного режима на транспорте и в общественных местах, игнорированием проверенных правил санитарии. Как мы ведём себя в этом плане, распространяться не буду, каждый имеет собственные наблюдения. Но последствия безалаберности налицо, если судить по данным общенациональной статистики.

К сожалению, возможности медиков небезграничны. Тем не менее изо дня в день они упорно и настойчиво делают свою милосердную работу.

Я провалялся с ковидом 22 суток, из них в нашей Дунайской областной больнице – десять. Стоит поделиться впечатлениями, чтобы, во-первых, отдать дань уважения сотрудникам больницы, возвращающим пациентам нормальное самочувствие подчас ценою собственного здоровья (многие медработники переболели вместе с домочадцами). Во-вторых, нелишне сосредоточиться и на некоторых упущениях и недоработках в целом. Они, скажем так, не катастрофичны, но свою часть недоумения и раздражения в больничный быт привносят. Зачем их терпеть?

Не претендуя на истину в последней инстанции и на исчерпывающую информированность, подчеркну, что противостоящая ковиду ДОБ работает как единый, слаженный и эффективный механизм.

Последние недели стали для коллектива больницы нелёгким испытанием. Наметившийся было спад заболевания позволил немного расслабиться: сотрудникам предоставили краткосрочные отпуска, чтобы передохнули. А тут – очередная вспышка, Одесская область – в красной зоне. Персонал пришлось срочно возвращать на рабочие места, наплыв больных возрастал, и вскоре отделение, рассчитанное на 95 коек, уже лечило и выхаживало 115 заболевших.

Нагрузка запредельная, но, надо сказать, что всё делалось квалифицированно, грамотно, на достойном профессиональном уровне.

Работа лечащих врачей в силу её специфики менее заметна, но не менее эффективна. Протоколы протоколами, а в нестандартных случаях требуются опыт, интуиция, профессиональная креативность, поскольку каждый болеющий организм в чём-то индивидуален. В общем врачи со своими задачами справляются. Их в отделении немного, и я с удовлетворением всех называю поимённо. Это Андрей Леонидович Андреев, Алёна Ивановна Болгар,  Степан Михайлович Бойнегри, Ирина Анатольевна Демченко, Татьяна Фёдоровна Кириленко,  и.о. завотделением Наталья Анатольевна Нагорная, доктор Раиса Дмитриевна Попова.

Обходы проводятся регулярно. Всех опросят, выслушают, осмотрят, при необходимости лечение скорректируют. Подъехать на работу в выходной – обычная практика. Не будем бояться высоких слов: это самопожертвование и это сражение на передовой.

Ковид – болячка злокозненная и пока недостаточно изученная, что-то уточняется «на марше». Во многих случаях течение болезни тяжёлое и отражается на важных функциях всего организма даже  молодых крепких мужчин. Особенно изматывает высокая температура, люди, что называется, страдают, а потому от врачей и медсестёр требуется глаз да глаз и профессиональная универсальность.

Кто меня откровенно потряс, так это сестринский корпус больницы. По информации старшей медсестры высшей категории   Татьяны Васильевны Буюкли, в ДОБ трудятся более 50 медсестёр, и нет никакой возможности перечислить всех, чтобы никого не обидеть. Они разного возраста, но  преимущественно молодые. Работают много и тяжело. Затянутые, как космонавты, в защитные костюмы, резиновые перчатки, со «скафандрами» на головах (попробуйте продержаться в этой амуниции шесть часов подряд, особенно летом!), они неотличимы и неузнаваемы, но у них умные, знающие, сосредоточенные глаза, они  ловки, точны в движениях и вышколены в самом хорошем смысле слова. Укол сделают безболезненно, капельницу – по всем правилам, давление измерят, ЭКГ обеспечат, сатурацию и температуру проконтролируют и все процедуры, предусмотренные лечащими врачами, выполнят. При этом никого из них не надо ждать, они всегда наготове, хотя в период пиковых нагрузок падают с ног, умудряясь при этом кого-то успокоить, кого-то подбодрить, кого-то отвлечь шуткой.

Деликатно поинтересовался доплатами «за вредность», предусмотренными правительством. Оказалось, последние выплаты были получены ещё в январе. Между тем многие медсёстры живут за пределами Измаила, а это расходы на дорогу. Хотелось бы знать: научится ли когда-нибудь наше государство уважать и ценить труд соотечественников , – тот же  золотой сестринский фонд, к примеру?

Ещё одним моим открытием стала работа пищеблока больницы. Когда-то я возмущался деградацией  этого дела в ДББ, имевшей семь (!) диетических столов,  но упразднившей их. В результате иногородние больные, к которым по каким-то причинам не могли ездить родственники, банально голодали.
Эта оценка сегодня пересмотрена. Личный опыт убедил: оказывается, больным людям не нужны разносолы, ковид у многих вызывает стойкое отвращение к пище. И тогда спасением становится именно больничная еда: лёгкие картофельные супы с рисом, пшеном, с ячневой или перловой крупой, с  макаронными изделиями, постный борщик, гороховое пюре, каши  с кусочком сливочного масла, маночка, салаты, ломтики отварной курицы, нежирные сардельки и т.д.  Всё это отнюдь не кулинарные изыски, но, во-первых, всё свежее, а, во-вторых, непостижимым образом  вкусно приготовленное и не отторгаемое пациентскими желудками. Снимаю шляпу  перед поварами  больницы Натальей Михайловной Добревой и Клавдией Степановной Переверзовой, которые из неширокого набора самых простых продуктов умудряются готовить вполне аппетитную еду. Это опять же важно потому, что в больнице лечится немало народа из окрестных сёл и районов, а визиты к ним родственников с продуктовыми сумками порою проблематичны.

Присутствие в палатах ДОБ иногородних (пациенты из Приморского, вилковчане, килийцы и др.) «обогатило» невесёлой информацией о положении дел на местах. Пандемия, безусловно,  вскрыла уже известные  прорехи в работе организаторов здравоохранения. Но массовый обмен мнениями впечатляет! Особенно досталось руководству инфекционного отделения Килийской больницы. «Да у вас тут рай, – отпускали злые реплики мужики из Приморского. – У нас дурдом! У вас лечат, кормят, лекарства бесплатные, у нас – полторы тыщи гривен в сутки, грудные младенцы с матерями, взрослые, старики с ковидом подтверждённым и предполагаемым – все скопом. Спать не на чём, кровати держатся на досках».

Это в самом деле становится нетерпимым. Руки не дошли? Вторая мировая закончилась в 1945 году, но в нашей горемычной стране послевоенная разруха, похоже, не изжита.

Увы, есть вопросы и по измаильской больнице. Скажите, на какой статус может претендовать лечебное учреждение, в котором отсутствует горячая вода? Пациентам ни умыться, ни побриться, ни освежиться, ни… При этом больше половины больных – женщины. Какие государственные усилия нужны для того, чтобы в единственном на весь этаж санузле хотя бы временно установить ведёрный электробойлер? Здесь, кстати, строится вторая кислородная станция, в шесть раз мощнее имеющейся. Правильное, дальновидное решение! Но неужели обеспечить минимальное горячее водоснабжение – проблема более сложная?

Есть замечания по организации работы городского первичного звена. С симптомами на ковид в поликлинику по ул. Клушина можете не обращаться, вас отправят для обследования в бывшую туббольницу на ул. Едности. К врачам там претензий нет, они опытные, ответственные, подготовленные. Однако в очереди на приём вы отстоите 4-5 часов (с кашлем, головной болью, температурой, – кто с чем), когда от изнеможения хочется просто свалиться на пол. Кто установил этот порядок? Почему к стоматологу можно прийти по записи и не ждать часами, а здесь нельзя установить телефон, чтобы тоже записывать нуждающихся, тем более что время, необходимое на осмотр одного пациента, известно? Ведь понятно, что больные, катаясь по городу, разносят  инфекцию, да и самочувствие ухудшают.

Тем не менее эти заметки хотелось  бы закончить на оптимистической ноте. Давайте помнить главное: сейчас, да и всегда – время жить! Грустную альтернативу выдающегося немецкого писателя-гуманиста отнесём на счёт пережитых им ужасов войны.

Сегодня время другое. Оно, несмотря ни на что, позволяет справиться с проблемой, надо лишь внутренне  собраться, серьёзнее отнестись к рекомендациям медиков, особенно к вакцинации, к собственному здоровью и здоровью окружающих.

Ковид всё равно отступит. И тогда мы устроим для наших врачей и для себя большой праздник. Будет, наверное, разработан красивый сценарий народных гуляний, торжественных шествий, выступлений и чествований героев дня. Мы увидим на улицах их открытые, без масок, лица; мы будем благодарно аплодировать им, дарить улыбки и цветы (а если постараемся, то и премии); для них будут греметь оркестры, в их честь будут провозглашаться здравицы и звучать дифирамбы.

Они этого заслуживают. Как все мы заслуживаем времени, которое предписывает жить, а не умирать!