С ужасом увидела на сайте Бессарабия.UA фотосвидетельство того, как в нашем Измаиле начали закатывать в асфальт, наверное, последний участок старинной мостовой. Не стала даже читать: не вынесу. Теперь обхожу район второй школы, чтобы не видеть всего этого своими глазами. Пока удаётся. Труднее подавить в себе недоумение, переходящее в возмущение, тем, что временные в этом мире и во власти субъекты на свой – недалёкий, прямо скажем – «розсуд» распоряжаются нашим общим историческим достоянием. Потери мы несём безвозвратные. Ну, хорошо, когда кончится плиточный психоз, может, я и смогу, как мечтаю, расковырять плитку под своим балконом и восстановить предусмотренную изначальным планированием проспекта Мира клумбу. А можно ли восстановить брусчатку? Надежда разве что на наше традиционное качество работ, при котором асфальт скоро сойдёт сам. Но ведь дорога испорчена! И какая! Уникальная!
Во всём мире такие вещи сохраняют и охраняют. Мы вроде бы ориентируемся на Запад, и в деле сохранения культурно-исторического наследия у него действительно есть чему поучиться. Так давайте учиться! Перелопатив свой журналистский архив, нашла десятки фотографий, сделанных в разных городах Европы, на которых фигурирует брусчатка на улицах и площадях. Вена, Париж, Реймс и Мец на северо-востоке Франции, Бонн и Рёндорф, где три десятилетия вплоть до своей смерти прожил первый федеральный канцлер Германии Конрад Аденауэр, Люксембург… Большие и малые города – все сохраняют в своем центре (как говорится, в сердце) традиционное мощение улиц.
Да оно и само сохраняется, демонстрируя невиданную по нынешним временам прочность и живучесть. Но если нужен ремонт, его осуществляют не методом асфальтирования, а путём восстановления брусчатки. Это мы можем видеть на снимке, сделанном в шведской Карлскроне, где замощен весь исторический центр города. А так производится ремонт покрытия на главной площади с её соборами и памятником основателю города Карлу XI. По выходным дням здесь разворачивается рынок.
На меня произвёл впечатление один эпизод в той же Карлскроне. Как-то мы гуляли по центру города с друзьями моих шведских друзей Элона и Биргитты Вернерссон. Чарльз и Джанет живут под Лондоном, и в Карскрону прибыли по случаю юбилея Биргитты. Накупили открыток и почтовых конвертов, чтобы послать их своим лондонским родным и знакомым. Чарльз нес их без упаковки, просто в руках, но, когда потребовалось руки освободить, он… положил открытки на мостовую. И они остались чистыми! Потому что всегда чистая и сухая сама брусчатка. А кому придёт в голову положить что-либо на асфальт?! В том, какой чудесный материал гранит, убедилась и в Меце, когда через несколько минут после сильнейшего летнего ливня в городе всё было сухо и чисто.
Но продвинемся на восток и посмотрим, как решают эту проблему наши ближайшие западные соседи. В белорусском Кобрине, который тоже связан с именем Суворова и где находится военно-исторический музей, носящие его имя, хранят старину и уважают своё прошлое. Часть мостовой в старом городе выложена так называемыми «трилинками» – исключительно прочными шестиугольной формы плитками, название которых отсылает нас к польскому инженеру Трилинскому, изобретшему этот способ мощения дороги. Трилинками выложена, например, дорога к православному храму, в сочетании с асфальтовым покрытием площадки и плиточной кладкой тротуара.
При этом в Кобрине, который по населению на треть меньше Измаила, грандиозный Дворец культуры, европейского уровня аквапарк, «Ледовая арена», где занимаются хоккеисты и фигуристы, проходят крупные соревнования, детско-юношеская специализированная школа олимпийского резерва, амфитеатр… Современный европейский город!
При этом и свое прошлое – в том числе и советское – в Белоруссии уважают. В Кобрине стоят памятники освободителям от фашизма, в названиях улиц увековечены славные события и имена минувшей эпохи. Есть улицы Советская, Октябрьская. Есть и скромный памятник Ленину, который не сразу-то и заметишь на главной площади города. Памятников Суворову – аж три. Именем полководца назван и парк, где растут липы, которые помнят полководца. Под одной из них – камень, на котором, по преданию, любил отдыхать Александр Васильевич. А в живописном пруду он имел обыкновение купаться в любую погоду… На территории Кобринского района находятся семь десятков историко-культурных памятников Республики Беларусь.
Память, воплощённая и в камне, и в дереве, – всё ценно, всё наполняет нашу жизнь историческим смыслом, делает нас, ныне живущих, звеном в цепочке развития и подъёма племени людского. Зачем же отказываться от уже пройденного и достигнутого?! Как шагнуть выше, разрушая ступеньку под ногами? Не всегда новое – особенно в нашем современном исполнении – означает прогресс и улучшение.
Что же руководит измаильскими «градостроителями» в их разрушительных действиях? Единственное объяснение (если не считать пошлых подозрений в злоупотреблениях) то, что мостовая попала под каток декоммунизации: власти вспомнили, что булыжник – оружие пролетариата.