Недавно копался в своих архивах. В руки попался запыленный альбом с фото разных лет. Среди прочих – фотография, датированная 1985-м годом. На лётной площадке, что у с. Беленькое, группа людей, среди которых и я – в кожаном плаще, руки в карманах и «при галстуке». Позади группы – старенький вертолёт Ми-2.
Память, моя изменчивая подруга Память, выхватила из своих затрёпанных страниц промозглый, осенний день…
Рейд
… В тот день, накануне вечером, главный редактор «Советского Приднестровья» Александр Алексеевич Орлов предупредил меня: «Завтра с утра поедешь в рейд с рыбинспекцией. Вернее, полетишь. Там будет вертолёт».
Полетать на вертолёте – кто ж от этого откажется! Утро того дня – первых чисел ноября, выдалось ненастным. На аэродром в Беленькое нас привёз допотопный «уазик». Первым делом, старший группы – заместитель начальника Белгород-Днестровской рыбинспекции Николай Ангелов всех построил перед вертолётом: запечатлеться на фото. Снимал нас, если не ошибаюсь, Володя Бендерский. Он, как и его брат, тогда работали фотографами в доме быта «Элегант». Итак, слева направо: пилот Алексей, рыбинспектор Вячеслав Шановский, уже упомянутый Николай Ангелов, ваш покорный слуга, директор форелевого питомника, что в Беленьком, Виктор Мартынюк, далее – по-моему, брат Бендерского – Вячеслав и водитель «уазика».
Наша задача состояла в том, чтобы облетать городское прибрежье лимана, исследовать плавни Шаболата. Крайней точкой рейда была означена база рыбаков-сезонников рыбколхоза «Красный рыбак» в Будаках…
Едва я пришёл в себя от оглушающего рёва двигателя вертолёта, мы, как-то уместившись в маленьком салоне, взлетели. Нам подфартило – ветер разогнал мрачную облачность, и сырую землю залило солнечным светом.
Вертолёт шёл на высоте не более ста метров. В силу того, что Днестровский лиман довольно мелковат, то сверху отлично были видны расставленные по песчаному дну сети, вентеря, рачницы и другие запретные орудия лова. Инспектор Слава Шановский торопливо делал пометки у себя в блокноте – что и где расположено. Покружив над лиманом, мы пошли к Шаболату. Озёра, каналы, протоки, бесконечные плантации плавней – таким выглядел сверху Шаболатский лиман.
Кара
Где-то на подходе к посёлку Сергеевка, посреди зарослей уже желтеющего камыша Николай Леонидович Ангелов приметил браконьера. Тот, почти по пояс в воде растягивал сеть в узкой протоке. «От, паразит!», – крикнул Ангелов и попросил пилота снизиться. Весь фокус в том, что сесть никакой возможности не было – повсюду топь. Поняв, что мы не опасны, браконьер с издевкой стал показывать неприличные жесты, понятные всем мужчинам, если говорить «А, вот вам, ребята!». Все вознегодовали. Ангелов прокричал Лёше-пилоту: «Сынок, а нельзя никак его гм… наказать, а?». «Та не вопрос!», – хмыкнул одессит-вертолётчик и…
Тут я должен сказать, что то, что произошло далее, за давностью лет, думаю, можно рассматривать, как наказание нарушителя… несколько запрещённым способом.
Лётчик наклонил вертолёт набок, снизился метров до пятнадцати, завис над обнаглевшим браконьером и дал полный форсаж двигателю. Вмиг заросли камыша, доселе лишь волновавшиеся под напором лопастей, полегли, словно под утюгом. А вот мужику, посмевшему изгаляться над стражами голубых нив, досталось! Его, словно скомканный газетный лист, понесло по плавням, перекидывая с головы на ноги.
Возмездие длилось с минуту, прогнав мужичка метров тридцать. Затем вертолёт резко взмыл вверх, качнулся с борта на борт, как бы приветствуя браконьера с омовением от грехов, и мы пошли на Будаки. Краем глаза я успел заметить, как бедолага, то и дело, тряся беспутной головой, спешно собирается прочь. Ещё бы!
Будаки
Это сегодня Будацкая коса, что разделяет Шаболатский лиман и Чёрное море, представляет собой густо застроенный базами отдыха и дачами участок суши. В описываемые мною времена коса выглядела девственно безлюдной. За исключением нескольких построек и небольшого каргана – базы рыбаков.
Вертолёт приземлился прямо на песок, посреди каргана. От гула двигателя мы почти ошалели, и потому неожиданная тишина казалась неистовой! Слышался лишь посвист ветра в развешенных рыбацких сетях, шорох пересыпаемого песка, мерный прибой и дерзкие окрики чаек.
В почерневшем от морских непогод и времени помещении, где обретались рыбаки, нас уже ждали. По негласным законам того времени, гостей встретили смачной юшкой из глоссы с кефалью и пенистым, розовым вином…
После, пока члены рейдовой бригады проверяли документацию по ведению лова рыбы и состоянию орудий лова, я с интересом побеседовал с рыбаками. Насквозь просоленные, выветренные, сухие, с выкрученными от тяжёлой работы суставами рук, они не больно-то были и многословны. То и дело ловил на себе плохо скрытые насмешливые взгляды и понимал, что, конечно, в своём галстуке я тут выгляжу, мягко говоря, неуместно…
«Вертолёт над лиманом»
А через три дня в «Советском Приднестровье» вышла моя заметка «Вертолёт над лиманом». Понятно, что «карательные» меры с браконьером я там не описывал…
***
С тех пор прошло 37 лет. Всё изменилось. И больше, увы, не в лучшую сторону. Но это совсем иная история…
Николай Леонидович Ангелов умер несколько лет назад. Это был поистине «аксакал» нашей рыбинспекции! В организацию он пришёл ещё с момента начала её работы – в 1947 году.
О Викторе Мартынюке мне ничего не известно. Форелевое и кефальное хозяйства давно преданы забвению. Некогда прибыльные питомники полностью разрушены, разграблены, поросли дикотравьем. Там хозяйничают лишь полозы, вёрткие ящерицы и не всегда трезвые охранники.
Пилот Алексей. Поговаривали, что после распада СССР он уехал в соседнее государство, где после 10 лет работы стал руководителем авиаотряда, где-то в Сибири, что ли.
Фотографы Владимир и Вячеслав Бендерские давно выехали в Израиль. Как говорят, братья там развили довольно успешный бизнес.
Вячеслав Шановский ещё несколько лет работал в рыбинспекции, но после тоже вроде ушёл в частное предпринимательство – занимается то ли прудами, то ли ещё чем-то в этой отрасли.
***
… Я держу в руках ту старую фотокарточку. Что-то тёплое, щемящее тревожит сердце. Что? Печаль о той поре, когда тебе, молодому, всё давалось легко, словно шутя? Когда, казалось, всё только начинается, а мир, как ни крути, был лишь заманчивым предшествием чего-то большого и невероятно прекрасного? Кто знает…