С 1 июля текущего года вступил в силу Закон Украины о рынке земли. А рынок этот – не что иное, как заключение сделок по купле-продаже земельных участков. Поскольку в СССР его не было все годы советской власти, плюс три десятка лет в независимой Украине, общество взбодрилось, предвкушая реализацию личных финансово-хозяйственных планов. Кто-то намерен избавиться от своего земельного пая, чтобы пополнить семейный бюджет, кто-то в надежде на соответствующие доходы и престижный статус «крупного землевладельца» планирует потратиться на скупку земельных участков, чтобы довести свои угодья до промышленных масштабов. А кто-то обделённый спросит: «Где мои два гектара, обещанные государством?» Об этом журналист Бессарабии.UA беседовал с начальником управления земельных ресурсов Сафьянской ОТГ Константином Чумаченко.
– Константин Владимирович, похоже, от приватизации общенародной собственности реально выиграли только селяне. Горожане получили ваучеры, но совладельцами предприятий не стали. Завод – не земля, сегодня он есть, а завтра продан на металлолом. Дивидендов люди не дождались, в прессе эта проблема не звучит, замалчивают её и политики. Разве что Тимошенко в прямом эфире однажды гневно вопрошала про дивиденды. Земля – другое дело. Это товар вечный, причём реальный.
– Категорически с вами не согласен. Если бы жители городов не продали ваучеры, свои приватизационные сертификаты, они имели бы сегодня нормальные акции, нормальные дивиденды и нормальную прибыль. Никто ведь не заставлял горожан избавляться от ваучеров, причём за бесценок. Не секрет, что первоначальный большой бизнес Измаила развился именно благодаря сделкам с ваучерами, – сделкам, которые провели люди, грамотно прочитавшие законодательство. Молодцы!
– Можно и мне с вами не согласиться? Да, по Марксу, первоначальное накопление капитала состоялось. При этом без собственности фактически остались и те, кто вложил ваучеры в приватизируемые объекты. Вы что-нибудь слышали о последующей массовой выплате дивидендов? Приватизация, исключая, конечно, жильё, оказалась фикцией.
– Это момент истории нашего государства, так оно с нами поступило… Я тоже слышу, что городские жители в части земли обделены. Земля в нашей стране из категории основного национального богатства, как записано в Конституции, перешла в разряд богатства единственного. Это поняли все. Отсюда «где мои два гектара». А для чего? Чтобы не работать на них, а продать.
– Но это законное право любого землевладельца, даже мелкого. Купивший землю будет на ней работать.
– Здесь я вынужден разочаровать читателей: до 2025 года земельного рынка в Придунавье не будет. Имеются в виду земли в 50-километровой зоне вдоль государственной границы.
– Вот это новость! Почему?
– Так решил законодатель. С точки зрения национальной безопасности возможное сосредоточение в одних руках больших земельных массивов в районе госграницы нежелательно. Сейчас мы имеем переходный период, земельные участки в это время можно сдавать в аренду, если нет сил или условий обрабатывать их самостоятельно.
Нюанс вот в чём. В очередной раз кто-то хочет кусок общественного пирога получить «на шару», обосновывая это тем, что «мне обязаны дать». Никто никому ничего в этом смысле не обязан.
-Тогда зачем была приватизация?
– Повторяю: государство декларирует права граждан, на то оно и государство. В законе чётко сказано: «Громадянин має право на отримання земельноі ділянки», но это не значит, что держава ему обязана.
– То есть право задекларировано, но не подтверждено и не закреплено?
– Да, государство не обязано предоставлять землю каждому желающему. Я бы на сегодняшний день отменил статью 121 Земельного кодекса в части бесплатной приватизации сельскохозяйственной земли.
– Почему?
– Потому что земля уже не служит удовлетворению личных потребностей, а стала бизнес-товаром.
– Но ведь продажа – тоже удовлетворение личных потребностей…
– Да, бывают житейские ситуации, когда нужны деньги на лечение, учёбу и пр. Но я ни разу никому не советовал продавать паи. И в ближайшем будущем не посоветую.
– Это дальновидно… Но если человеку нужно – он продаст.
– Есть масса способов получить деньги, не теряя собственность. Например, сдать участок в аренду на 20 лет, но деньги взять сразу.
– Вариант, возможно, приемлемый.
– Ещё один момент, который люди не хотят понять: у нас нет бесплатного землепользования. Вся земля облагается налогом.
– И что?
– А то, что за землю надо платить. Полюбопытствуйте в Налоговой инспекции, как с этим обстоят дела.
– Не платят?…
– Получив землю в собственность, считают: «Это – моё. С какой стати я должен платить?» А я уверен, что законопроект № 5600 о минимальном налогообложении земли вне зависимости от того, кем и как она используется, будет принят, а это 1500 грн в год за гектар. За скрытую аренду придётся платить разницу.
– Что ж, справедливо!
– У громад сегодня источников доходов немного: налог на землю, плата за её аренду, поступления от подоходного налога. В отличие от города в Сафьянской ОТГ предприятий нет, она аграрная. Вот почему для нас так важна налоговая дисциплина. От неё зависит зарплата сафьянских бюджетников. Я уж не говорю о необходимости средств на развитие громады. Потому-то, будь моя воля, я бы отменил популистскую 121 статью. Земля не резиновая, её не растянешь. Затеянное в 1995 году распаевание сельхозпредприятий было изначально несправедливым, но его осуществили. Поэтому сегодня земель государственной и коммунальной собственности осталось просто в мизере.
– И этот мизер не позволяет горожанам вытребовать свои два га?
– Я говорю честно: у нас нет земли, чтобы обеспечить ею всех.
– Это справедливо или нет?
– Что нет земли?
– Что её растащили до мизера?
– Повторюсь, идея распаевания земель оказалась большой глупостью, – об этом в своё время говорил ещё Герой Украины, директор старонекрасовского хозяйства Владимир Денисович Выдыбора. Если бы тогда жителей села не разделили, условно, на колхозников и всех остальных, которые на село работали, но остались ни с чем, ситуация сегодня была бы другой. Поэтому надо признать: после всего, что сделано, государство не может обеспечить землёй каждого, тем более двумя гектарами, для ведения личного крестьянского хозяйства. К слову, закон указывает: «не больше двух га», но не обязательно два. Одна сотка – тоже не более двух га.
– Это похоже на казуистику. А известно, Константин Владимирович, сколько у нас свободных земель?
– Всю статистику ведут органы Госгеокадастра. Но государство в своё время ряд форм по учёту отменило, а новые не внедрило. И когда создавались ОТГ, возникли вопросы, что, кому, в каком количестве передаётся. Ответа мы не нашли, пришлось заняться этой работой по каждому сельсовету, и она ещё продолжается.
– Ну скажите хотя бы ориентировочно.
– В Сафьянской ОТГ нерозданных и пригодных для ведения личных крестьянских хозяйств участков наберётся не больше 550 гектаров.
– Это действительно мизер. Значит, прощайте мои два га?
– Теоретически попытаться можно. Но в первую очередь землю получают участники АТО, а также жители нашей громады. Они ведь не обращаются за этим в город. Почему же горожане должны претендовать на сафьянские земли? В городе своей свободной земли хватает…
– То есть вопрос замкнут рамками ОТГ, поэтому истребовать для себя свободный кусочек где-то, скажем, в Винницкой области, безнадёжно?
– Теоретически, каждый гражданин Украины может попросить земельный участок на территории всей страны, но сделать это практически действительно безнадёжно.
– А желающие есть?
– Есть.
– Много?
– Предостаточно. На каждой сессии мы рассматриваем не меньше 200 заявлений, в год – около двух тысяч. Но при этом говорим: «Ребята, забывайте цифру 2». Даже для своих ограничиваемся одним гектаром.
– И что можно сделать на одном га?
– Ничего! Ни-че-го.
– Ну и дальше?
– Правильный вариант – сдать в аренду, неправильный – продать.
– Таким образом, у нас со временем образуется слой землевладельцев-латифундистов?
– Да он уже есть, он возник с момента реформирования колхозов.
– И какая же наибольшая площадь оказалась в одних руках?
– Это может сказать статистика. В крупных землепользователях значатся «Агропраймхолдинг», фермерское хозяйство «Проминь», имеющее земли в Болградском, Измаильском, бывшем Арцизском, Саратском районах…
– А в личном пользовании?
– Только в размере пая. Средний пай по бывшему Измаильскому району – три гектара.
– Последний вопрос, Константин Владимирович. Что вы думаете о перспективах организационных форм хозяйствования на земле?
– Сегодня выживают крупные агропредприятия. Хотим мы или нет, но украинский сельхозпроизводитель рано или поздно будет поглощён большими агрохолдингами.
– Спасибо за беседу.