Древнерусская держава образовалось около 882 г. в результате объединения славянских княжеств на Востоке Европы. Именно тогда и началась история одного из самых мощных средневековых государств.

Наши предки жили в государстве, которое носило название «Русь» без всяких эпитетов. «Древнерусским государством» или «Киевской Русью» оно стало именоваться значительно позже.

Изначально термин «Киевская Русь» возник в исторической науке середины XIX в. Первым его стал использовать российский историк Сергей Соловьёв, автор знаменитой 29-томной «Истории России с древнейших времён».  Позже – историки Николай Костомаров и Василий Ключевский.

О Руси знали не только они. Во всех дошедших до нас свидетельствах современников – трактатах византийских историков, записках арабских путешественников, летописях латинских монахов Русь упоминалась. Как этническое самоназвание это название использовалось уже в договорах Олега и Игоря с Византией 912 и 945 гг.

Бурное развитие Киевской Руси пришлось на правление князя Владимира Святославовича (980-1015). Процесс централизации государства был законодательно закреплен его административной реформой, которая превратила разрозненные княжества в неотъемлемые части единой великой европейской державы – Киевской Руси с центром в Киеве. Составной частью формирования Древнерусского государства стало присоединение неславянских племен. Это была, в основном, мирная колонизация, в процессе которой соседние земли заселялись и осваивались славянами. По площади Русь стала наибольшей державой Европы.

При Ярославе Мудром (1019-1054 гг.) Киевская Русь достигла наивысшего могущества. Князю удалось обезопасить государство от печенежских набегов, утвердить позиции в Прибалтике и овладеть землями восточнее Днепра. Границы подконтрольной территории включали в себя новгородские и владимирские земли на севере. На востоке они проходили по верховьям Волги и по Дону. На юге держава имела выход к Русскому (Чёрному) морю и к Нижнему Дунаю. На западе государство включало в себя земли Галича, Перемышля и Берестья.

Именно при Ярославе страна достигла международного признания. С семьёй киевского князя стремились породниться крупнейшие королевские дома Европы. Сам он был женат на шведской принцессе, его дочери были замужем за французским, венгерским и норвежским королями. Его сын Всеволод женился на дочери византийского императора Константина Мономаха.

Достигнув Чёрного моря, Киевская Русь, дала, с одной стороны, возможность проникнуть на территорию современной южной Украины хлебопашескому населению, а с другой – открыла на Русь путь византийской культуре и обеспечила русско-византийскую торговлю.

Итак, в период наивысшего расцвета границы Киевской державы на юге как раз проходили по Нижнему Дунаю. Этот регион на протяжении многих веков оставался в орбите политических и экономических интересов государства. Святослав, сын княгини Ольги, не был, как это иногда утверждают, военным авантюристом. Он вынашивал серьезные намерения, говоря словами Михаила Грушевского, «загорнути під себе полудневе слов’янство й стати сильним суперником Візантії».

Как-то, работая над материалом о дунайских походах князя Святослава, я заинтересовался фактами из древнерусских летописей, в которых речь шла о намерении князя перенести столицу Киевской Руси из Киева в Переяславец, который в Х в. располагался в нижнем течении великой европейской реки. Но что это за город такой? Что с ним в конечном итоге случилось, и почему столицей он так и не стал?

В «Повести временных лет» впервые упоминается о Переяславце в связи с первым походом князя Святослава в Болгарию: «В год 6475 (967). Пошёл Святослав на Дунай на болгар. И бились обе стороны, и одолел Святослав болгар, и взял городов их 80 по Дунаю, и сел княжить там, в Переяславце, беря дань с греков».

Вскоре, когда Святославу пришлось вернуться в Киев, чтобы отбить набег печенегов, он так сообщил своей матери, престарелой княгине Ольге, о планах переноса столицы на Дунай: «Не любо мне сидеть в Киеве, хочу жить в Переяславце на Дунае – ибо там середина земли моей, туда стекаются все блага: из Греческой земли – золото, паволоки, вина, различные плоды, из Чехии и из Венгрии – серебро и кони, из Руси же меха и воск, мёд и рабы».

После победы над кочевниками и смерти Ольги Святослав вернулся в Переяславец, который с боем пришлось отбивать у болгар. Согласно летописи, он находился там во время войны с Византией. Весной 972 г. Святослав был вынужден отложить победу над христианским Царьградом из-за смуты, поднятой соплеменниками во главе с Ярополком. Однако в этом походе он угодил в засаду половцев и погиб.

Так что за город в низовьях Дуная упоминается в летописях, и существовал ли он на самом деле? Ряд историков утверждает, что речь идёт о незначительном (в X в.) городке Преслав Малый, находившимся действительно на Нижнем Дунае и получившем известность уже после русско-византийской войны 970-971 гг. Арабский географ XII в. Аль-Идриси назвал Переяславец (Барасклафиса) городом, куда сходились торговые пути между Галицкой Русью и Византией. Болгарский историк Васил Златарски определял местонахождение города в современной румынской Добрудже, ниже по течению Дуная от румынского города Чернавода. Кстати, на лавры Переяславца претендует и украинская Килия. Во всяком случае, на одном из сайтов в сети Интернет наиболее патриотично настроенные килийцы высказывают версии подобной славной генеалогии родного города. Так где же истина?

Большинство исследователей всё же склонно считать, что Святославов Переяславец располагался на Дунае к юго-востоку от современного румынского города Тулча. Сегодня там находится селение Нуфэру, которое, кстати, ещё до 1968 г. именовалось Приславой. Словом, сложись всё по-иному, наш Измаил мог бы находиться от столицы Древней Руси буквально на расстоянии вытянутой руки.

Стоит отметить, что в начале XI в. земли в дельте Дуная, которые Святослав считал своими, надолго были утрачены Русью. Только в конце XVIII в. они были включены в состав Российской империи.

Словом, Дунай являлся для наших предков не только границей, но и центром, местом начала и завершения самых существенных событий. В «Слове о полку Игореве» девицы на Дунае воспевают освобождение князя из половецкого плена, и их голоса «вьются» через море до Киева. Дунай в древнерусских былинах течёт к Киеву (Миллер 1877). Невеста, гадающая о суженом, бросает венок в Дунай и ждёт гостей с трёх сторон.

Не потому ли, воспетая в древнерусских, а позже и в украинских казацких песнях великая европейская река на протяжении многих веков волнует воображение наследников Святослава Славного и заставляет щемить наши сердца?