дом

Как состояние жилья, его внешний вид формируют эстетику застройки, да и не только городской – любого поселения, основанного и освоенного людьми?

Вопрос может звучать и шире, ведь застройка – это не только эстетика, но и настроение, это нередко эмоциональная основа поступков, выбор времяпрепровождения, в конечном счёте даже образ жизни. Сколь старый, столь же знаменитый французский фильм «Дети райка», снятый режиссёром Марселем Карне по сценарию Жака Превера, тонко подметил эту связь. Одна из частей киноленты так и называется: «Бульвар преступлений». Её сюжет разворачивается именно в таком парижском квартале, где ни на что лучшее персонажам надеяться не приходится. О чужих крайностях мы здесь говорить не будем, слава богу, это не про нас. Но когда из окон твоей квартиры открывается вид на соседнюю обшарпанную пятиэтажную коробку с обвалившейся облицовочной плиткой и захламленными разномастными балконами, а соседи-визави точно так же созерцают твой дом, бывает, тоже приходишь в отчаяние: это человеческое жильё? Кто, когда и как приведёт его в порядок?

Эту проблему – обличье жилья и облик города – журналист интернет-издания «Бессарабия.UA» обсуждал в беседе с Дмитрием Михайловичем Пикулиным, директором фирмы «ПИК», спроектировавшей для Измаила немало объектов гражданского назначения. Полагаем, мнение компетентного специалиста заинтересует всех, кто неравнодушен к внешнему виду места своего проживания – города, посёлка, села.

– Дмитрий Михайлович, тема действительно объёмная, и нам с вами не хватит никакого времени, чтобы её раскрыть. Сосредоточимся, наверное, на главном: есть ли перспективы обновления, облагораживания стареющего советского жилья, некогда бывшего государственным? Годы уходят, здания изнашиваются и ветшают, в ходе ремонтных работ исчезают их декоративные элементы, – картина порою складывается печальная. И речь не только о многоэтажках. Например, в Арцизе несколько улиц, в том числе центральная улица 28 Июня, состоят из домов, которые были построены ещё немцами-колонистами. Немцев депортировали, а дома остались, национализированы, и стали для некоторых семей многоквартирными одноэтажками с общим двором. На большинство из них жутко смотреть : им уже больше сотни лет, они плохо содержались коммунальными службами, не приватизированы и являют собой сегодня зрелище беспросветной бедности. Это характерно и для бывших немецких сёл в черте уже бывшего Арцизского района – Мирнополья (Фриденсталь), Долиновки (Гнаденталь), Теплицы (Теплице). Есть это и в Весёлом Куте (Париж), в Тарутино, в Сарате…

– Да уж, ситуация по Арцизу мне знакома. Я бы к этим примерам добавил ещё Килию, Болград, хотя он, конечно, в лучшем состоянии. Проблема есть. Мы на этом фоне – имею в виду оценку измаильчанами городского благоустройства – выглядим цивилизованнее.

– В продолжение темы: каков срок службы домов массовой застройки? Они ещё не исчерпали свой эксплуатационный ресурс?

– При надлежащем содержании –лет сто. Хрущёвкам жизни отведено поменьше – 60 лет, и они, скажем так, на подходе. Не стоит забывать, что до хрущёвок в нашем городе ведомства и предприятия строили жильё хозспособом. Такие дома можно видеть в начале проспекта Мира, на Кишинёвской; отдельными вкраплениями они стоят в других районах города. Это жильё сооружалось без применения кранов, а следовательно, в облегчённом варианте. С точки зрения требований сейсмики оно имело меньший запас прочности , что обнаружилось в ходе последующих ремонтов и реконструкций. В общем, строилось на «авось» и держалось на «честном слове»: кирпич вместо балок, трухлявые элементы перекрытий. Это к вопросу о долговечности.

Хрущёвки уже были попрочнее, пожёстче. Железобетонные перекрытия, маленькие комнаты, больше несущих стен, выше антисейсмические показатели. Потом появился так называемый киевский проект. Дома этого проекта при колебаниях почвы не содрогались, а плавно покачивались. Фасады отделывались плиткой, она крепилась к стенам с помощью металлических штырей. Со временем, правда, штыри кое-где стали ржаветь, а плитка отваливаться, обнажая кирпич. Во время дождей туда затекала вода, жильцы жаловались.

Для полноты информации следует сказать, что «киевский проект» в конце концов сменился «измаильским» с усиленной сейсмикой, но в основе их обоих – альбом ташкентских проектов жилья, школ, детсадов, этой сейсмикой изначально располагавших.

Даже беглый экскурс в эволюцию проектов и строительных технологий показывает, что реконструкция или хотя бы внешнее обновление жилья – задача достаточно непростая. Но некоторый опыт наработан и в теоретическом, и практическом плане. В частности, мы как проектанты участвовали в областных, республиканских семинарах, где рассматривались проблемы реконструкции хрущёвок, знакомы с идеями и предложениями на этот счёт. Думается, что эти знания в будущем окажутся востребованными. А вот, как вы говорите, облагораживание внешнего вида жилья в качестве первых попыток уже произошло.

– Вы имеете в виду проспект Мира?

– Да, и не только. Ряд фасадов обновили в процессе утепления. Стены «обшили» блоками, подштукатурили и покрасили. Эффект получился двойной, дом стал меньше терять тепла и выглядит веселее. Один недостаток: декор, все эти карнизы, тяги, профили, лепнина утрачиваются…

– В этом смысле у хрущёвок, домов киевского проекта для обновления нет никаких противопоказаний, плоскости стен можно закрыть идеально. И найти для них такое же идеальное цветовое решение. Город стал бы наряднее. Но что делать с балконами? Когда дома, окружающие площадь на проспекте Мира, освежили, разномастные «аквариумы» на фоне опрятных стен стали выглядеть совсем уж непрезентабельно. Ожидавшийся эффект был снижен.

– Должен сказать вашим читателям, что в этом вопросе у местных властей, в том числе у власти городской, нет никаких особых полномочий. Может показаться невероятным, но действенных механизмов для борьбы с доморощенными активными дизайнерами балконов-лоджий до сих пор нет. Посмотрите на другие города, на тот же Киев. Правда, кое-где в новых постройках ОСМД нашло на них управу и пресекает подобное «творчество». Там действуют внутридомовые запреты на основании решений общего собрания. Но надлежащая законодательная база отсутствует. Есть государственные строительные нормы и правила, но нет должных санкций за их нарушение.

– Как тут не вспомнить обезображенный дом на углу проспекта Суворова и ул. Бендерской! Проспект эта новостройка явно не украсила. А ведь проект, насколько известно, был корректным и грамотным, линии фасада простыми, но выразительными благодаря продуманной ритмике лоджий. Но когда дом сдали, хозяева квартир эти несчастные лоджии застеклили и оформили так, что от первоначального замысла проектировщиков остались одни воспоминания. Эстетическая неразвитость, что ли?

– Знаете, в связи с тем, что строительство жилья из государственной сферы переместилось в область частных капиталовложений, возникла проблема взаимоотношений архитектурной власти и собственника. Не укажешь, не потребуешь. Платит ведь он, собственник! Граница для претензий размылась. То же с инвестициями в реконструкцию и обновление жилого фонда. У кого-то есть средства на ремонт подъездов, на утепление внешних стен, у кого-то нет. Так появляются на фасадах персональные «латки». Дисбаланс доходов населения способствует этому. Очевидно, необходимо найти адекватные формы сотрудничества муниципалитетов и владельцев жилья, возможно, в виде программ софинансирования, чтобы районы старой застройки не превратились со временем в руины.

Идеи относительно улучшения внешнего вида наших мест обитания есть, но на данном этапе их сложно осуществить. Пока не встанет на ноги экономика, пока бюджеты ОТГ не наполнятся реальными – собственными, а не государственными – средствами, пока к акциям типа «год дорог», «год школ и детсадов», «год больниц», «год стадионов» и т.д. не прибавится «год жилья», заметных сдвигов ожидать трудно.

– Но обсудить ситуацию и помечтать с вами, Дмитрий Михайлович, мы-то можем? Спасибо за беседу!