Тема разгула коронавирусной инфекции не сходит со страниц украинских СМИ. Отдавая должное серьёзности эпидемиологической ситуации, Бессарабия.UA в меру сил и возможностей тоже контролирует её, держа, так сказать, журналистскую руку «на пульсе». Сегодня наш собеседник – Виталий Николаевич Гайдуков, главный врач Дунайской областной больницы (ДОБ). Мы планировали опубликовать с ним интервью, но результатом беседы стал монолог доктора, который не захотелось перебивать журналистскими ремарками, – монолог зрелого, социально ответственного, граждански мыслящего руководителя медучреждения, работающего в экстремальных условиях с профессиональной отдачей. Предлагаем вниманию читателей запись состоявшейся беседы.
Есть статистика и статистика. Иногда скучная, а иногда бьющая по нервам, особенно если речь идёт о жизненно важных показателях массового здоровья населения.
В нашу больницу поступают люди со всей Южной Бессарабии. На официальных сайтах райгосадминистраций регулярно, раз в три дня или еженедельно, публикуются данные о количестве вновь привитых, и мы имеем возможность сопоставлять этот показатель с количеством госпитализированных. Второй показатель – число смертей и число привитых, находящихся в больнице. Мягко говоря, эта статистика внушает тревогу.
В минувший четверг через облсовет я инициировал в Болграде встречу с руководителями районных ЦРБ и первичной помощи. В Болградском районе – самая неблагоприятная ситуация и самый большой процент непривитых медиков. К слову, у нас в больнице вакцинированных сотрудников – 98 %.
Информативный показатель – количество выписанных больничных листов. В ДОБ при 350 работающих, в рамках заболеваний ОРВИ мы за весну, лето и осень выдали всего лишь пять больничных, тогда как в прежние годы их набиралось до четырёх десятков. В Фонде социального страхования удивляются: «У всех рост, а у вас падение». Между тем зависимость тут прямая: 98 % наших сотрудников вакцинировались и не болеют, а если заболевают, то в лёгкой форме.
Честно говоря, я уже устал призывать людей к вакцинации. Впечатление такое, будто бьёшься головой о стенку. Тех, кто опасался прививок в первую волну, ещё как-то можно понять: это было внове. Но сейчас, когда столько горожан – сотрудников, соседей, знакомых – уже получили вакцины, когда стало очевидно, что у вакцинированных не выросли ни рога, ни хвосты, что они нормально себя чувствуют и живут полной жизнью, в том числе интимной, входишь в ступор: люди добрые, какие доводы “за” вам ещё нужны?
Кто-то мудрствует: последствия проявятся через 20 лет. Так вы их, эти двадцать лет, сначала проживите! А то ведь можно из жизни уйти уже сейчас, – “безвременно”, как пишут в некрологах, из-за собственной беспечности. Только в октябре в нашей больнице закончили свои дни больные числом 61 человек. Это три подъезда пятиэтажного дома! Причём не умерли, а именно погибли, потому что умирают от болезни, а тут было обычное невнимательное, нерадивое отношение к себе, к своему здоровью. Горько и обидно. Близкие, потерявшие родного человека, страдают, но и для медиков это мощный эмоциональный удар. К смерти привыкнуть невозможно.
Серьёзные проблемы возникают у некоторых выживших. Вот лежит у нас женщина. Из реанимации её подняли, но начались нарушения психики. Компьютерная томография показала атрофию головного мозга: ковид убил сосуды. Именно таких, а не прививочных последствий следует бояться.
Наши люди не понимают или не дают себе труда понять, что прививка делается в интересах не только конкретного человека, но и общества. Мало того, что инфицированный страдает сам, он ещё представляет опасность для окружающих. Поэтому как врач я приветствую организацию коллективного труда на таких условиях, когда у антивакцинаторов не остаётся другого выбора, кроме рационального. Когда работать и зарабатывать деньги лучше, чем сидеть дома на бобах со своими дикарскими принципами.
Лучше всего это видно на примере моряков. У них есть право выбора, их защищает Конституция. Но судовладелец-работодатель тоже себе не враг, ему нужен стабильный, здоровый экипаж. Поэтому непривитого в рейс он не возьмёт. И будет прав. Держава, заботясь о бесперебойной работе государственной машины, требует, чтобы вакцинировались госслужащие. Согласитесь, есть госучреждения, где карантинные «каникулы» недопустимы. Можно отложить регистрацию брака, развода и пр., но как отложить похороны? Без справки загса они не состоятся! Так что никаких нарушений конституционных прав граждан или ущерба им в связи с требованиями вакцинации я не вижу.
Когда начинают распространяться, что кто-то где-то умер или заболел после прививки, я предлагаю назвать конкретную фамилию и контактные данные. Не называют. Со своей стороны, могу выложить на стол истории болезни тех несчастных, которые покинули нас в октябре. Они не были привиты!
Спекуляции на тему вакцинирования продолжаются. Вот, мол, люди привились, и всё равно болеют, где гарантия? Отвечу: прививка не гарантирует от поражения болезнью. Но гарантирует, что человек не попадёт в реанимацию и в морг, а переболеет в щадящей форме. Это как ремень безопасности. Шансов, что, пристегнувшись, в ходе аварии вы не вылетите в лобовое стекло своего автомобиля, у вас больше, чем без ремня.
Мы в такой же эпидситуации, как и остальной мир. С той лишь разницей, что в двух странах этого мира – в Украине и России – порог вакцинации не превышает 20 %. И когда говорят, что в Израиле почти все привиты, а заболеваемость есть, то это потому, что там большой охват обследования. Но смертей там практически нет.
Вообще, количество выявленных носителей – это ещё не количество заболевших. Число тестированных у нас и в огромной России – это не показатель. Для нашей страны информативный показатель – количество госпитализированных и умерших. Эти цифры самые страшные. Нас упрекают: вы, дескать, затаскиваете людей в больницу, чтобы увеличить государственное финансирование. Знайте: в ДОБ нет ни одного свободного места! Каждый день, каждая ночь – это ожидание беды, мучительные переговоры с иногородними коллегами, скорой помощью, потому что им негде и нечем лечить, а мы принять пациентов уже не в состоянии.
Поток заболевших не иссякает. К сегодняшнему утру у нас на 125 коек 150 больных. Мы переполнены. К имевшимся шести реанимационным койкам развернули ещё шесть, но «очередь» в реанимацию больше. На «сверхкоечных» пациентов не хватает персонала, лекарств, кислорода, аппаратуры. Так начинается медицинский коллапс. Излишне говорить, что в этой ситуации я бесконечно ценю усилия моих коллег. Они, помимо того, что самоотверженно лечат, вынуждены оформлять массу отнимающей время документации. Например, электронные больничные, право выписывать которые дано только врачу. Нельзя не закрыть историю болезни, отложить её в стол, – она не пройдёт оплату. Работать очень сложно.
Но самое обидное то, что пока мы работаем вхолостую. Первая волна эпидемии не научила людей беречься, не научила никого – только нас. Мы стали более организованными, построили кислородную станцию, за лето смонтировали 70 дополнительных кислородных точек, без которых лечение было бы невозможным.
Но на уровне первичного звена масса слабых мест, и пандемия их обнажила. Всем больницам не хватает энергетических мощностей, в нашей больнице старая внутренняя электропроводка, она не выдерживает нагрузки. Кислородная станция, 46 кислородных концентраторов, реанимационное оборудование, работающие по полной программе кухня и прачечная – всё требует энергии, да и человеческих сил. Мы уже меняли кабели, электрики дежурят круглосуточно. Мысль одна: не обесточить бы здание…
Были проблемы с началом отопительного сезона. Спасибо коллективу горгаза, лично Николаю Антоновичу Биляю, который помог нам запуститься. Но с кем и как будем рассчитываться, пока не известно.
Поскольку по ковиду наше медучреждение является опорным, услуги больницы оплачивает НСЗУ – Национальная служба здоровья Украины. Это жёсткая государственная структура, работающая строго в рамках законов. Мы тоже должны по ним работать, и к тому же выжить. Пока что это удаётся, но работать тяжело. НСЗУ компенсирует не все расходы. Например, отделение лечения острого инфаркта миокарда. Считается, что если больница аттестована на ковидный пакет, других пакетов у неё быть не может. Между тем наше инфарктное отделение – единственная служба такого рода за пределами областного центра. В месяц мы имеем более 30 случаев острого инфаркта, и лечение на месте, когда больные зачастую нетранспортабельны, очень важно. Тем более что есть кому лечить, есть работоспособное молодое, с хорошей специальной киевской выучкой содружество специалистов. Отделение дорогое, но самый ценный его капитал – врачи. И мы от него не откажемся и не закроем, потому что тогда, при прочих минусах этого решения, резко возрастёт ещё и нагрузка на коллег из ЦРБ, с которой они просто физически не справятся при всех своих замечательных профессиональных достоинствах.
Ковид стал серьёзным экзаменом для кадровой политики и кадровой работы. Речь, в частности, о медсёстрах. До ковида бригада работала стандартным штатом: на 25-30 больных – одна медсестра посменно-круглосуточно, одна – на процедурах, одна сестра-хозяйка, одна старшая сестра плюс санитарка. Ковидная бригада подразумевает двойной штат. Он не укомплектован, но сотрудники относятся к этому с пониманием и работают так, что больные не жалуются, а благодарят. У нас очень хороший сестринский корпус, но мы воздерживаемся от его пополнения по одной причине: ковид прогнозируемо закончится в январе. Что делать с вновь принятыми? Обнадёжить людей постоянной работой, а потом уволить по сокращению штата, потратиться на выходные пособия, на оплату возможных больничных, втянуться, не дай бог, в судебные тяжбы?
Надбавку персоналу за работу с ковидным контингентом платим, рассчитались включительно по октябрь. Но НСЗУ вносит в эту систему абсолютно неприемлемые новации: платить решили не за каждую «пролеченную душу», а за выполнение плана. Абсурд какой-то.
Жаль, что по нынешнему законодательству органы местного самоуправления при всём их желании не могут финансировать фонд заработной платы. По этой причине в среде главврачей и местных администраторов правильной стратегией считается расширение перечня пакетов медицинских услуг и заключение соответствующих договоров с НСЗУ. Но это не всегда приносит деньги. Лучше иметь один-два-три пакета, но быть вне конкуренции в зоне обслуживания населения. Ведь реформа в медицине теперь позволяет пациенту свободно выбирать врача и клинику по всей территории Украины, лишь бы было лечебное направление и договор клиники с НСЗУ. На первый план, таким образом, выходит репутация и уровень сервиса в медучреждении.
Правильно говорят: всё познаётся в сравнении. Мне всегда казалось, что в небольшом населённом пункте легче контролировать выполнение законов. Сегодня, оказывается, это легче сделать в Киеве, Виннице, но не в Измаиле или в каком-то из сёл Измаильского района. Потому что законы «красной зоны» в Измаиле не соблюдаются. Наше преимущество – наличие в городе Нацгвардии. Но я не видел, чтобы нацгвардейцы кого-то остановили, сделали замечание за нарушение санрежима, с кем-то провели беседу. Нет в наших СМИ обстоятельных публикаций о ковид-обстановке, о числе больных и погибших, данных об оштрафованных за нарушение карантинных мероприятий владельцев кафе, предпринимателей, автоперевозчиков. Мне хочется знать, какое административное наказание понесли организаторы измаильского несанкционированного митинга антивакцинаторов, который властями не был разрешён.
В сегодняшней обстановке всем надо отрешиться от политических раздоров, личных амбиций, и сплачиваться, а городским властям и государству всемерно помогать предпринимателям, просто жителям, чтобы они, наконец, начали полноценно жить, а не выживать. Честь и хвала тем, кто перестраивается: знаю, например, кафе, которые работают на вынос, доставляют на предприятия, в учреждения прекрасные обеды.
У марксистов есть формула: «товар-деньги-товар». В демократической Украине это зазвучало иначе: «гривна – доллар – гривна». Деньги ходят по кругу, кажется, что никто уже не производит ни товаров, ни средств для их производства. И так везде, куда ни глянь, в Измаиле тоже. Ситуацию, по-моему, усугубляет довольно большая часть населения, которая не может обогревать свои жилища. Люди приходят на работу в организации и на предприятия, которые всё ещё не отапливаются. Добавьте ко всему этому панику по ковиду, раздражение по поводу экономической ситуации, которое пробивает мозговое поле и открывает вирусу ворота в организм, ослабленный физически и психологически. Да, через две недели вирус уходит, но следы его пребывания остаются в человеке надолго. Кто-то говорит, что он создан искусственно, верующие считают, что ковид – от Бога. А я, врач, говорю так: если Бог дал этот вирус, то кому-то он дал и мозги, чтобы сделать вакцину. То есть, если вирус божий, то и вакцина божья. Поэтому не гневите Бога, – вакцинируйтесь!
Автор Виталий Гайдуков, генеральный директор Дунайской областной больницы
Авторитетное мнение
Демократия – это хорошо. Но эпидемиологические данные показывают, что нас ждёт очень тяжелая волна заболеваемости. Если мы не будем вводить никаких ограничений, то суммарное количество случаев заболевания увеличится втрое, и в предстоящие три месяца мы увидим много человеческих трагедий.
В то же время ни одна смерть пока не ассоциируется с вакцинацией против коронавирусной болезни.
Ярно Хабихт, глава ВООЗ в Украине, 11 октября 2021 г.